Коротко: Обзор Вударда (2003) показал, что большинство «феноменологических» исследований гипноза на деле остаются квазифеноменологическими, а нейрофеноменология Карденьи и коллег (2013) предложила способ соединить самоотчёты участников с данными ЭЭГ.
Обзор Вударда (2003) показал, что лишь немногие исследования гипноза отвечают строгим требованиям феноменологии: большинство остаются квазифеноменологическими, поскольку сохраняют количественный акцент или опираются на структурированные опросники и шкалы ответов.
Гипноз изучают разными способами: измеряют гипнабельность, фиксируют физиологические сдвиги, сравнивают группы. Но за всеми этими числами остаётся вопрос, который не решается шкалой: что именно переживает человек, пока находится в гипнозе? Феноменология призвана отвечать именно на него. Методологический обзор Нойбауэра, Виткоп и Варпио (Neubauer, Witkop, Varpio, 2019) описывает феноменологию как качественный подход, задача которого состоит в описании структуры сознания, того, что и как переживается, а также сути и смысла прожитого опыта с точки зрения самого переживающего.
Для гипнотерапевта это не абстракция. Каждый сеанс строится на предположениях о внутреннем мире клиента, и феноменология помогает делать эти предположения более осознанными и проверяемыми.
Два подхода к одному переживанию
Феноменология не едина. Нойбауэр и коллеги (2019) различают два крупных направления, и различие между ними важно для любого, кто берётся анализировать самоотчёты.
Трансцендентально-дескриптивный подход Гуссерля требует описывать переживание, удерживая собственные предубеждения и теории под контролем. Герменевтический подход Хайдеггера устроен иначе: предвзятость наблюдателя здесь допускается, а наблюдатель рефлексирует не только над опытом участника, но и над собственным.
При всём различии оба направления применяют к самоотчётам метод заключения в скобки. Исследователи стараются осознать свои теоретические и экспериментальные предубеждения и свести их влияние к минимуму, чтобы уловить суть прожитого опыта участников. Без этого шага феноменологическое исследование теряет смысл: исследователь начинает находить в рассказе участника то, что уже ожидал найти.
Почему «феноменологических» исследований гипноза так мало
Вудард (Woodard, 2003) провёл подробный обзор работ, которые их авторы называют феноменологическими, и подверг их критике. Вывод получился суровым: лишь немногие исследования гипноза отвечают строгим требованиям феноменологического исследования, даже если в их названиях и текстах встречаются слова «феноменология» или «феноменологический».
Четыре метода Вудард относит к квазифеноменологическому подходу, поскольку в них сохраняется количественный акцент либо используются структурированные опросники и шкалы ответов:
- метод Шора, который он сам называл феноменологическим (Shor, 1979);
- методика анализа переживаний Шихана и Макконки (Sheehan, McConkey, 1982);
- параллельная методика анализа переживаний Варги и соавторов (Varga et al., 1994);
- Опросник феноменологии сознания Пекалы (Pekala, 1982).
Сам Пекала (2015) не спорит с такой квалификацией. Он описывает свой метод как количественный феноменологический анализ и отличает его от описательного феноменологического анализа, которым занимаются психологи, изучающие переживания, и от нейрофеноменологии. Свой метод Пекала характеризует как статистический анализ самоотчётов о содержании сознания.
Здесь читателю важно понять одну мысль: квазифеноменологический подход - не ухудшенный вариант феноменологии, а другой инструмент, который решает собственную задачу.
У этих подходов разные задачи, и путать их означает не понимать ни тот, ни другой.
Нейрофеноменология: опыт и ЭЭГ в одном исследовании
Термин «нейрофеноменология» ввёл Варела (Varela, 1996). Этим термином он обозначил стиль исследования, который соединяет данные когнитивной науки, то есть перспективу третьего лица, со строгой методикой работы с самоотчётами. Приставка «нейро» в этом названии относится ко всем научным коррелятам, значимым для когнитивной науки, а не только к нейровизуализации.
Пример такой работы - исследование Карденьи, Йонссона, Терхуна и Маркуссон-Клавертц (Cardeña, Jönsson, Terhune, Marcusson-Clavertz, 2013), опубликованное в журнале Cortex. Они изучали нейронные основы спонтанных, то есть не вызванных внушением, гипнотических переживаний с помощью ЭЭГ во время нейтрального гипноза. Нейтральным гипнозом называют такой, при котором во время индукции и после неё не даётся никаких явных внушений, кроме внушения стать загипнотизированным.
Двое экспертов, один из которых не знал о гипнабельности участников, выделили из самоотчётов девять категорий переживаний.
| Параметр | Что сделали в исследовании Карденьи и соавторов (2013) |
|---|---|
| Условие | Нейтральный гипноз, без явных внушений кроме внушения стать загипнотизированным |
| Материал | Открытые подробные самоотчёты участников |
| Обработка | Двое экспертов, один не знал о гипнабельности участников, выделили девять категорий переживаний |
| Сопоставление | Выделенные изменения соотнесены с омега-сложностью и другими мерами ЭЭГ |
Категории получились такими: образы, обычное мышление, изменения тела, изменения среды, исключительные переживания, негативные переживания, расслабление и потеря контроля. В перечне, приведённом в описании исследования, названы восемь из девяти категорий; девятая не приведена, но общий принцип ясен: переживание разложено на составляющие, а не сведено к одному показателю.
Затем авторы связали выделенные изменения переживаний с омега-сложностью и другими мерами ЭЭГ. Другие нейрофеноменологические работы, например исследование Rainville и соавторов (2019), используют для оценки субъективного опыта во время гипноза опросники, а не открытые самоотчёты.
Что это даёт обучающемуся? Прежде всего пример того, как феноменология превращается в измеримую процедуру: сначала собран подробный рассказ участника, затем он структурирован независимыми экспертами, и только потом сопоставлен с физиологическими данными. Порядок здесь принципиален, и обратный порядок, когда физиологические данные соотносят с заранее заданными категориями, к феноменологии уже не относится.
Пробел, важный для каждого практика
Методологическое обсуждение в этой области указывает на тему, о которой известно очень мало: краткосрочные и долгосрочные постгипнотические эффекты. Это прямо касается практики, потому что именно с постгипнотическими эффектами связаны многие ожидания от терапевтической работы.
Авторы подчёркивают и другое: важно, чтобы исследователи по-разному подходили к пониманию субъективного опыта во время и после гипноза - и для развития теории, и для практики. Ни один из описанных методов - феноменологический, квазифеноменологический или количественный феноменологический - не следует считать неподходящим: все они внесли вклад и могут в дальнейшем способствовать пониманию опыта гипноза.
Эта позиция задаёт рамку для профессионала. Спор о методах здесь идёт не о том, какой подход правильный, а о том, какой подход отвечает на какую задачу.
Сравнение подходов: что выбрать в зависимости от задачи
| Подход | На что опирается | Что даёт исследователю гипноза |
|---|---|---|
| Трансцендентально-дескриптивный подход Гуссерля | Вынесение за скобки; интерпретация с отказом от собственных предубеждений | Описание сути переживания вне заранее заданной теории |
| Герменевтический подход Хайдеггера | Вынесение за скобки; предвзятость наблюдателя допускается, как и его рефлексия над собственным опытом | Понимание переживания с учётом позиции наблюдателя |
| Квазифеноменологический подход | Количественный акцент, структурированные опросники и шкалы ответов | Сопоставимые данные по выборке, но не описание сути опыта |
| Количественный феноменологический анализ Пекалы | Статистический анализ самоотчётов о содержании сознания | Измеримые характеристики переживания |
Что это меняет для обучения гипнозу
Первый вывод, который должен сделать обучающийся: слово «феноменология» в названии работы ещё ничего не гарантирует. Вудард показал это на материале, накопленном к 2003 году, и с тех пор требование проверять метод сохраняется. Студенту полезно читать не только выводы исследования, но и то, как собирались самоотчёты: были ли они открытыми, кто и по каким правилам их обрабатывал, знали ли эксперты о гипнабельности участников.
Второе: вынесение за скобки - это навык, а не декларация. Его нельзя просто объявить в разделе о методе. Он проявляется в том, насколько исследователь способен заметить собственные ожидания до того, как они повлияют на то, как будет изложен чужой опыт. Тот же навык нужен и в кабинете, когда гипнотерапевт слушает описание сеанса и рискует услышать знакомую схему вместо переживания клиента.
Третье: нейрофеноменология показывает, как совместить строгость работы с самоотчётами и объективные меры. В исследовании Карденьи и соавторов (2013) использован нейтральный гипноз, два эксперта структурировали подробные самоотчёты, и только затем эти самоотчёты сопоставили с ЭЭГ. Такая последовательность не украшение, а условие того, что физиологические данные соотносятся с реально пережитым, а не с ожиданиями экспериментатора.
Наконец, пробел в понимании постгипнотических эффектов задаёт направление для будущих работ. Мало что известно о том, как переживание, возникшее во время гипноза, продолжается после него, и это открытый вопрос для тех, кто планирует заниматься исследованиями.
Профессиональный вывод прост. Феноменология учит гипнолога точности в отношении чужого опыта и честности в отношении собственного. Без этого ни один метод, ни количественный, ни качественный, не даст того, ради чего предпринимается исследование.
Часто задаваемые вопросы
Чем квазифеноменологический подход отличается от феноменологического?
В квазифеноменологическом подходе сохраняется количественный акцент либо используются структурированные опросники и шкалы ответов. К нему Вудард относит метод Шора, методику Шихана и Макконки, параллельную методику анализа переживаний и Опросник феноменологии сознания Пекалы. Полноценное феноменологическое исследование описывает суть переживания, а не измеряет его по заранее заданным шкалам.
Как в исследовании Карденьи и коллег самоотчёты связали с данными ЭЭГ?
Участников в состоянии нейтрального гипноза просили дать открытые подробные самоотчёты. Двое экспертов, один из которых не знал о гипнабельности участников, выделили из этих рассказов девять категорий переживаний, и уже затем эти категории сопоставили с омега-сложностью и другими мерами ЭЭГ.
Почему постгипнотические эффекты называют пробелом в исследованиях?
Методологическое обсуждение указывает, что о краткосрочных и долгосрочных постгипнотических эффектах известно очень мало. При этом именно на них держатся многие ожидания от терапевтической работы, поэтому этот участок остаётся открытым вопросом для будущих исследований.
Об авторе: Денис Кузнецов — гипнотерапевт, клинический психолог, кандидат психологических наук.